19 C, ясно

Was ist здесь?

06 Ноября 2014 937

О фамильном самоваре, отечественном дизеле и российских немцах

«Где казарма – там и клоп, а где фабрика – там Кноп…» Эта частушка конца девятнадцатого столетия лучше всего говорит, какой вклад эти деятельные и талантливые люди внесли в развитие нашей страны. Уроженец Бремена Людвиг Кноп, ставший в России Львом Герасимовичем Кнопом, создавал фабрики «под ключ», в том числе и знаменитую Кренгольмскую мануфактуру под Санкт-Петербургом. Только в Центральном промышленном районе Кноп сумел построить или переоснастить более 120 предприятий, большей частью  текстильных. Впрочем, он был лишь одним из скромных героев огромного театра жизни под названием «Российские немцы».

Мостик в Коломне

– Архитекторы Шехтель, Тон и Клейн, скульптор Клодт и оба великих Рериха, театральные династии Гедике, Гельцер, Нейгауз… Плюс многие замечательные русские полководцы и политики, музыканты и изобретатели, врачи и учёные… Генрих Генрихович Мартенс готов продолжать этот немецкий список славы нашего Отечества без конца. Да это и понятно. Ведь он возглавляет Федеральную национально-культурную автономию российских немцев (ФНКА РН), входит в состав президиума Совета при президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям.

– В Совет я вошёл как представитель немецкой автономии, но защищаю там интересы не только российских немцев, но и всех народов России, – продолжает Генрих Мартенс. – Убеждён, что в такой многонациональной стране, как наша, нельзя защищать интересы только одного народа. Механизмы решения межнациональных проблем должны носить универсальный характер и работать на всю страну – как на национальные меньшинства, так и на русский народ… Если же говорить об этнических немцах, то нас в Российской Федерации на сегодняшний день 430 тысяч. Это только официально, по переписи населения. На самом же деле с немецкими корнями россиян с учётом их дедушек-бабушек гораздо больше. В геометрической прогрессии!.. В принципе, если – образно говоря – «поскрести» любого русского, то он либо немец, либо татарин.

Что ж, попробуем «поскрести» Подмосковье! И тогда мы обнаружим, что в столичной области проживает около четырёх тысяч российских немцев. Казалось бы, немного… Зато активности этих энтузиастов, исследующих прошлое нашей страны, нельзя не позавидовать.

– В Подмосковье никогда не было региона компактного проживания немцев, как, скажем, под Питером, на Волге или в Закавказье, – рассказывает Наталия Ивановна Демпке, председатель совета Региональной немецкой национально-культурной автономии Московской области. – Однако в нашем регионе есть города, убедительно показывающие, насколько весом вклад российских немцев в экономику страны. Прежде всего, это Коломна.

joomplu:2206

В 1863 году в этот город пришли два немца – братья Аманд и Густав Струве. Аманду минуло всего двадцать восемь, но за плечами его уже было строительство железнодорожного моста через Москву-реку. Павел фон Дервиз, известный русский концессионер, поручил Струве возведение железнодорожного моста через Оку. В то время фон Дервиз и Карл фон Мекк (его жена Надежда была главным филантропом, или, как бы сейчас сказали, спонсором Петра Ильича Чайковского) – оба немцы по происхождению – были крупнейшими финансистами российских железных дорог. И вот Аманд Струве, молодой инженер, основывает на слиянии Москвы-реки и Оки небольшую мастерскую. Подряд был взят в сентябре 1863 года, а уже в феврале 1865 года по мосту прошёл первый поезд. Под руководством инженеров из русских немцев удалось всего за полтора года реализовать огромный проект: от первой гайки до конечной продукции! Такого в московском регионе ещё не видывали.

joomplu:2204
Дело в том, что Струве, стремящийся быть независимым от конъюнктуры европейской индустрии, поставил перед подмосковными мастеровыми задачу освоить всю производственную линейку, начиная от самой мелкой детали. Мост через Оку в местечке Боброво стал первым в России, построенным исключительно из собственных, отечественных металлических изделий. И это было только началом…

За считанные годы Аманд Струве превратил скромную мастерскую в крупнейшего в стране изготовителя железнодорожной продукции. В 1867 году, спустя неполных четыре года после начала производства, завод братьев Струве стал вторым в Европейской части России по капитализации и числу работающих после легендарного питерского Путиловского завода. К 1894 году на всех железных дорогах России работало около трёх с половиной тысяч паровозов русского производства, из которых 42,5% имели марку Коломенского завода. Завод не только строил мосты и выпускал паровозы, но вагоны, трамваи, пароходы, ледоколы, локомобили, сельскохозяйственные машины, позднее теплоходы, оснащённые дизелями собственного производства. Выпуск дизельных двигателей внутреннего сгорания впервые после завода Нобеля был организован именно на Коломенском машиностроительном заводе.

joomplu:2203

– Мой прадед приехал в Россию, когда ему – сироте – было всего десять лет, ему помогли освоить кузнечное ремесло, – вспоминает историю своего рода Наталия Ивановна Демпке. – А в 1868 году прадед поступил на Коломенский машиностроительный завод. Почему я так точно знаю даты? Да потому, что по приказу Струве заводились манускрипты, которые до сих пор сохранились. В них и записано, кто и откуда на завод пришёл, кем работал на заводе и где проживал. Про моего предка указано, что он «прусский подданный», ведь Германии как государства тогда ещё не существовало. В 1895 году прадеду подарили в честь 25-летия работы на заводе – он был кузнецом-мастером – посеребрённые самовар и поднос с надписью: «Густаву Демпке – от мастеровых кузнечного цеха». Мы до сих пор эти артефакты сохранили. Как удалось? И не расскажешь всего… В голодную годину фамильное серебро меняли на хлеб и крупу, а вот подарки, некогда вручённые прадеду, сберегли. Он проработал у Струве сорок лет и ровно в шестьдесят вышел на пенсию. И зарабатывал хорошо – до 190 рублей в месяц, немалые деньги по тем временам! – а потом и пенсию получал достойную.

joomplu:2205

Да-да, не удивляйтесь! Немцы-капиталисты Струве и понятия не имели о хвалёной «ответственности бизнеса», о которой у нас в стране заговорили в конце двадцатого столетия, зато ничтоже сумняшеся поднимали всю «социалку» в Коломне. Уже через семь лет после основания завода при нём возникли, как по волшебству, школа, больница, позже потребительская кооперация, театр народных развлечений… Рабочие могли у себя на предприятии покупать товары по удешевлённым ценам, причём – не всегда за деньги. Если денег не было, то продукты отпускались за счёт паевых накоплений члена кооперации. Эти накопления состояли из первоначального паевого взноса, количества купленного товара и общей прибыли потребкооперации.


Школа была бесплатной. Более того: работающих на заводе мальчиков обязывали учиться, и если ученик без уважительной причины пропускал школу, то на него налагался штраф 15 копеек за каждую неявку. И такая система действовала. Когда Струве только организовали школу, большинство её учащихся составляли русские дети. Для отпрысков немцев сформировали лютеранский класс. В нём преподавание велось на немецком языке. Но, если посмотреть школьные книги регистрации той поры – они до сих пор сохранились! – можно увидеть, что вместе с выходцами из различных германских земель в «спецклассе» занимались и русские. Так казалось практичнее: вся техническая литература в России в ту пору существовала на немецком. Я знаю об этом наверняка, от моего деда, выпускника реального училища, кстати, женившегося в городе Скопине на полурусской-полунемке.

Строились дома для рабочих, квартиры для специалистов. Была организована касса взаимопомощи, выплачивались пособия по увечью и пенсии работникам завода.

Не иммигранты – соотечественники!

– Российские немцы ничуть не были мигрантами в современном смысле слова, они не отсылали деньги, заработанные в России, в Германию, – продолжает Наталия Демпке. – Нет, они приезжали сюда, чтобы стать россиянами, и вкладывали свои заработки и сбережения в России. «Времён связующая нить. На службе Отечеству» – так называется изданная нами книга, повествующая о самых выдающихся из российских немцев... Спросите, что стало с потомками Струве? Их немало. У Густава, который женился на баронессе фон Остен-Дризен из славного рода русских немцев фон Дризенов (генерал Фёдор фон Дризен был одним из героев Бородинского сражения, где потерял ногу), было восемь детей. Николай, например, пошёл по музыкальной линии. Вместе с Сергеем Рахманиновым и Сергеем Кусевицким он создал Российское музыкальное издательство, делами которого управлял. «Мой верный и к тому же единственный друг» – называл Рахманинов Николая Густавовича. А другой сын Густава – Сергей – офицер и вместе с тем светский человек, хорошо играл на гитаре, пел цыганские романсы, прекрасно танцевал. Сергей был  флигель-адъютантом императора Николая II,  погиб в феврале 1915 года, сражаясь за Россию.

 joomplu:2199   joomplu:2200

– У меня же – как у коренной коломчанки – особый интерес вызывает немецкая история Коломны, моего родного города, и Подмосковья вообще. – Наталия Демпке – это живая энциклопедия. – В 1871 году фабрика братьев Струве акционировалась, её третьим владельцем стал Антон Лессинг, баварский подданный, у которого в Нижегородской губернии – в Выксе – уже был один завод. Когда в конце девятнадцатого века грянул экономический кризис, Лессинг продал своё имение, чтобы поддержать свои предприятия, сохранить рабочих.

Кирхи в Подмосковье не было, даже – в Коломне, где жило больше всего немцев. Но Аманд Струве ежегодно платил 1000 рублей в московский Евангелическо-Лютеранский кафедральный собор святых Петра и Павла, и оттуда на завод регулярно приезжал священник. Осуществлялся религиозный надзор и за другими немецкими поселениями в Подмосковье. Характерная деталь: своей лютеранской церкви немцы в Коломне не построили, а на православную деньги неизменно давали. Как сказано в одной умной книге: «Мы не в состоянии понять будущего не прикасаясь к руинам прошлого».

 Картина межнациональной гармонии нашей огромной страны в немалой степени создавалась и российскими немцами. Их следы, в частности, в Подмосковье буквально всюду, об этом увлечённо рассказывают члены немецкой общины. Написал так – и осёкся!

– Мы не община и даже не диаспора, мы – самобытный народ, российские немцы, – поправляет меня Фаина Михайловна Глазунова, вице-президент Федеральной национально-культурной автономии российских немцев. – Наше прошлое связано и с Подмосковьем. В Зарайске, например, была обувная фабрика, основанная немцами. При ней некогда открыли музей, который, к сожалению, уничтожен. А между Зарайском и Озёрами есть местечко под названием Сенницы. Генерал-лейтенант, граф Фёдор Эдуардович Келлер, видный военачальник, герой русско-турецкой войны 1877 года, там жил. Русский патриот, он погиб 18 июля 1904 года в Манчжурии, хотя по возрасту мог бы на эту войну не идти… Была в Зарайске и немецкая перьевая фабрика – делали подушки, перины… А в Щурово, под Коломной, – цементный завод, основанный в 1870 году тремя выходцами из Прибалтики Эмилем и Эдуардом Липгартами и их деловым партнёром Эмилем Рингелем, он до сих пор существует. В Подольске же производили по зингеровскому патенту швейные машинки. Не секрет: пол-России заняли эти «зингеры» – фигурные, с чугунными опорами и лакированными столешницами, многие из этих агрегатов и по сей день работают. Кто этого не знает?

joomplu:2201   joomplu:2202

Коломна, Серпухов, Подольск, Зарайск, Пушкино… Немецкие культурные ассоциации существовали век назад в самых разных подмосковных городах. Это доказывают и исследования, которые проводят члены общественных организаций российских немцев.

– Веские причины скрывать своё происхождение у российских немцев до недавней поры были, – говорит Фаина Глазунова. – Ведь мы являлись практически единственным в стране народом, которого лишили права говорить на родном языке. Даже – в семьях! Немецкий язык при сталинском режиме намеренно уничтожали. Когда энкавэдэшники арестовывали немецкую семью, отца бросали в один лагерь, мать – в другой… Детей же отсылали в интернат, да ещё и фамилию их заставляли менять. Чтобы у российских немцев ни в коем случае не оставалось контактов между собой… К счастью, времена изменились. Сегодня наша молодёжь охотно изучает немецкий, и это отрадно осознавать. Хуже всего – среднему поколению, оно как бы оказалось между двух стульев. Но всё равно в наших национальных районах – в Алтайском крае и в Омске – мы сейчас открываем детские сады, где с самого нежного возраста малыши изучают немецкий. Язык наших российских предков, который заметно отличается от классического немецкого, скажем, в Германии или Австрии.

И правда: у Международного союза немецкой культуры (МСНК) разработана целая программа образования и воспитания молодёжи, объединённой в более ста молодёжных организаций по всей стране. Помимо лингвистических курсов каждое лето в разных исторических местах, в том числе и в Подмосковье, проводятся встречи с юношами и девушками, во время которых рассказывают о богатейшей истории их народа. По-русски рассказывают… «Для нас важно, чтобы эти ребята прониклись чувством гордости за наш народ и почувствовали личную ответственность», – считает Генрих Мартенс. В форме игры даётся задание: привезти на следующую встречу одну из историй немцев своего региона. И какие интереснейшие вещи выясняются!

Про «святого доктора», русского врача немецкого происхождения Фёдора Гааза, учившего людей «спешить делать добро», знают у нас – хочется мне верить – все. А тут двое школьников – 10 и 12 лет – накопали где-то прелюбопытнейшую информацию. Выясняется, что у Гааза по Северной дороге было имение в Тишково, недалеко от Пушкино. Сейчас там, конечно, ничего не осталось. Парк же с деревьями, многие из которых были посажены при жизни Фёдора Петровича Гааза (кстати, в Ватикане начат процесс его беатификации –  причисление к лику блаженных), сохранился… Или ещё: девочки из Костромы рассказали, что, оказывается, век назад немецкие фотографы снимали местный Старый город. Причём – на цветную плёнку! И это в ту пору!.. Эти уникальные кадры сохранились, и благодаря им сегодня можно точно и пунктуально реставрировать центр купеческой Костромы.

– Немцы, как известно, народ организованный и деловой. – Генрих Мартенс между двумя плановыми мероприятиями принимает меня в Российско-Немецком доме, на Малой Пироговской в Москве. – Я возглавляю две организации. Во-первых, это Международный союз немецкой культуры (МСНК), который был создан 28 июня 1991 года. В него помимо россиян входят некоторые организации немцев Украины, Белоруссии, Казахстана… Впрочем, по сути – по идеологии и гражданской позиции – это российская организация как минимум на девяносто семь процентов. А вторая структура – это Федеральная культурная автономия. Она была основана в декабре 1997 года. Я был в числе тех, кто создавал эту структуру, а с 2009 года её возглавил.

joomplu:2198
Прежде чем попрощаться, задаю вопрос, который, пожалуй, я должен был задать на фоне нынешних отечественных реалий: «Подпадают ли структуры российских немцев под закон об «иностранных агентах»? Спрашиваю, признаться, стыдливо: кто знает, при желании моё любопытство можно расценить как попытку дискредитации полезного дела. Однако реакция Генриха Мартенса вполне адекватна:

– Когда два года назад появился этот закон, мы сразу обратились к властям с просьбой разъяснить наш статус. И нам чётко сказали, что мы не подпадаем ни под каких «агентов», ибо действуем в рамках межгосударственной программы. В мае 2013 года и в мае 2014 года прошло заседание российско-германской межправительственной комиссии, и в протоколе было записано, что наши структуры – включая молодёжную организацию – работают в рамках межправительственного соглашения. Наша автономия не получает средств из федерального бюджета Германии в отличие от нашего культурного союза. МСНК – организация, занимающаяся проектной деятельностью. Мы организуем курсы немецкого языка, воскресные школы для детей, издаём газеты, журналы, проводим выставки… Да, Союз получает средства из Германии, но за каждую копейку, за каждую акцию регулярно отчитывается. В идеях же и проектах дефицита у нас нет.

Российские немцы являются активными участниками целого ряда международных российско-германских культурно-образовательных проектов. К ним относятся перекрёстные Годы культуры, литературы и языка России и Германии, Год науки Россия–ЕС, молодёжные партнёрские программы, социальные проекты и многое другое.  

В ближайших планах российских немцев их собственный новый проект – Большой Екатерининский бал. Ведь именно по инициативе императрицы Екатерины II 22 июля 1763 года вышел первый Манифест «О дозволении всем иностранцам, в Россию въезжающим, поселяться в которых Губерниях они пожелают и о дарованных им правах». И потянулись в далёкую Московию волна за волной саксонцы и пруссаки, ганноверцы и померанцы!.. Два с половиной века назад первые немецкие колонисты прибыли морем в Санкт-Петербург, а оттуда – на Волгу… Далее – по всей стране: от Новороссии до Сибири, от Алтая до Кавказа.

– Я, например, родом с Донбасса, – говорит Генрих Мартенс, – а жена моя Ольга – из Александровки, старейшей немецкой колонии в Сибири. Немцы в России везде живут. Страна-то наша – ох какая большая!

Кирилл ПРИВАЛОВ


Онлайн-подписка на 2022 год

Здесь вы можете подписаться на журналы «Подмосковный летописец», «Горизонты культуры», «Социальная защита. Подмосковье»
и «Образование Подмосковья. Открытый урок» Подробнее

Выберите город